Search
21 Май 2018
  • :
  • :

Путешествие на вершину горы

Подъём

— Кристина, давай куда-нибудь с Юлей уйдем. Я не хочу участвовать в принудительных развлечениях.
Принудительные — это те, которые для отчетности перед сопровождающими, начиная со стартина и заканчивая крокодилом.

Кристина — высокая магистрантка-психолог, работающая фитнесс-тренером.
А на календаре август. За окном поселок Кабардинка. Санаторий. Душно и суетно. Хочется прохлаждаться в тени и пить ключевую воду.

Худощавая блондинка Юля оторвалась от экрана любимого айфона:
— Пойдемте в горы. Хочу пофоткать горизонт.
И мы пошли.

На набережной резвится детвора. Один из мальчуганов пытается собрать с асфальта упавшее мороженое. Девчонка, бегающая в одних трусиках, дразнит его. Неподалёку полная женщина в откровенном купальнике с усмешкой шлепнула по солидному брюху мужа. Молодежь на парапете пьет пиво с чурчхелой. С береговой линии доносится запах бесплатных российских пляжей: вареная кукуруза, водоросли, шашлык и носки под сандалиями.

Солнце нас не настигло. Мы семеним вдоль набережной под кронами кедров.
Где-то через километр дороги стоят дорогие курортные отели и санатории. Шум и возня становится все тише, будто кто-то плавно убавляет звук.
Идем с каким-то торжественным молчанием. Юля периодически останавливается, ни на мгновение не отрываясь от телефона.

Тень кедров остается позади. От асфальта идет пар и приглушенное гудение.
Подходим к горной тропинке. Белый камень повсюду осколками раскидан на дороге.

Смотрим вверх.
— А мы ведь поднимемся до вершины?
С надеждой спрашивает Кристина.

— Мне хочется пофотографировать. Там есть что-нибудь вроде смотровой площадки?
Я снова смотрю на гору. Исполин, распластавшийся на много километров не ввысь, а вширь.

— Потеряться мы точно не можем. Море видно отовсюду. Идемте.

Уже через двадцать минут после подъема обнаруживаем каменный выступ между двумя кустарников.
— Юля, смотри. Здесь получится хороший кадр.

Чем больше мы поднимаемся вверх, тем оживленнее становится беседа, тем больше мы ускоряем шаг. А деревья — все плотнее и плотнее друг другу. Все больше насекомых и паутины.

И вот тропа обрывается.

Чёрная дорога

— Пойдемте дальше. До верхушки, наверняка, чуть-чуть осталось.
Кристине очень хочется добраться до цели. Мы идем уже около полутора часов. Как оказалось, на троих у нас есть только пол-литра воды.

Несмотря на плотную тень, очень душно. Усугубляет наше положение и влажность, поднимающаяся от земли. Наклон становится все круче. Иногда мы даже помогаем руками, походя на глупых мартышек.

Дикий плющ уже не просто овевает отдельные ветви деревьев, а окутывает все поверхности как покрывало. Я запнулась за одну из плетей. Кроссовок слетает, а пятка по инерции упирается в плющ. Позже я узнаю, как его иглы могут навредить коже. Сейчас это лишь немного досадно.

Останавливаемся теперь меньше. Грузно шагаем в молчании, временами только бурча на отовсюду вылезающие корни деревьев и плющ, которым уже исполосованы все ноги, руки и частично лицо.
Кристина идет впереди, а мы с Юлей плетемся сзади.

— Может быть, мы как-то перешли уже на соседнюю вершину, с курса сбились? Ничего не видно.
Ни моря, ни полянки, которой бы могла обозначиться вершина.

Кристина, немного помолчав:
— Двигаемся еще двадцать минут вперед не спеша, а потом возвращается вниз.

Не прошло и пяти минут, как деревья поредели и показалась черная земляная дорога. Она будто разрезала гору на две части. Стоим в лиственной части леса, а через дорогу растут только кедры и сосны. Хвойные составляют такую плотную стену, что у их корней кромешная тьма. В воздухе висит звонкая тишина.

В санатории охранники рассказывали, как часто дикие кабаны бросаются на людей для самообороны. В этих лесах у них практически нет врагов. Самый страшный хищник — это человек.

— Девочки, пойдемте. Нас здесь потом никто не найдет

Громко смеемся над этим. Но как-то  и нервно и с досадой.

Спуск

Спуск оказался еще сложнее подъёма — велика вероятность покатиться кубарем да еще и по расстилающемуся ковру дикого плюща.

— Девочки, ловите меня!

Я глупо улыбаюсь. Ноги уже гудят. Хочется упасть и не вставать. Но чем ниже спускаемся, тем спокойнее становится. Поскорее бы прочь от этого мрачного места.

Мы будто скатываемся на пятках до нижестоящего дерева, хватаемся за ствол и, отталкиваясь, съезжаем на следующий.

Вот и спасительная тропинка. Грязные и ободранные мы вываливаемся на предгорье. Оборачиваемся назад. Да, мы сделали это.

Спешим купить воды. И молчание с этого момента было не торжественное, не настороженное, а сосредоточенное.

Кристина идет с нами наравне, не обгоняя. Юля уже не достает телефон. Поднялся легкий ветерок. Он приятно охлаждает кровоточащие царапины и ссадины.

Покупаем полтора литра воды, управляемся с ней за пару минут. В полном изнеможении идем в санаторий. Блаженно улыбаясь и лениво обсуждая, куда можно будет совершить следующую вылазку, плетемся по все такой же суетной набережной с молодежью на парапетах и беззаботными детьми.

— А давайте сходим на мыс Дооб к маяку? Только в следующий раз водой запасемся.

— Видела его в брошюрах. Говорят там чудесно. Там тоже крутые подъёмы. Приятное с полезным.

— Чем больше красивых мест, тем лучше. Я все сфотографирую. Не в номере же целыми днями торчать.

Так и решили: учтем ошибки путешествия в горы и отправимся на мыс. Но воду мы все-таки опять забыли.